27.02 Момбаса-счастье

27.02 Момбаса-счастье

В Найроби гораздо свежее, чем в Момбаса. Пишу за столиком в аэропорту. Свежий ветер дует справа. Через полчаса идем на посадку. Через Дубай летим в Екатеринбург. Оба с Ольгой немного устали.

Вчера заехали попрощаться к Патрику в школу. Сняли с ним интервью для видео про инклюзию. Видео с Патриком будет учебным фильмом в России. Патрик рассказывает в интервью интересные, но страшноватые африканские истории.

Одну, как он увидел по телевизору историю, как в лесу бросили доживать парня с аутизмом. Он поехал в этот лес и привез парня в школу.

Теперь он живой и получает образование. Патрик говорит, что бывают племена, не очень видящие толк в инвалидах. Они, мягко говоря, дают им умереть. Ольга говорит, что местные племена не боятся смерти.

Патрик продолжает про то, что эти не самые гуманистические племена скептически относятся не только к инвалидам, но и к старикам. Их тоже побыстрее стирают из жизни. Патрик говорит, что он уже купил землю, и они с женой собираются строить центр для стариков: простых стариков и стариков с инвалидностью. Я предлагаю приурочить сбор средств к мероприятиям Африканского Конгресса людей с ОВЗ. Конгресс решено провести его в августе 2019. Томас Крауз, инициатор конгрессов, в ответ на эту радостную новость пишет, что он долго пытался организовать конгресс и в этот раз получается. Патрик просит нас с Марком посодействовать — во Франции и России найти университет для учебы его старшей дочери. Дочь приходит в кабинет и докладывает нам, что она хочет учиться по специальности мехатроника. Точно не знаю, что это за профессия, обещаю узнать в России.

Прощаемся с Патриком и идем в гостиницу. В 3 часа будет тренинг по инклюзивному взаимодействию с персоналом. Из школы едут 7 учителей, из них двое слепых. Плюс, с нами незрячий Мухаммед. Возникла идея показать им тренинг, чтобы они могли обучать сервис Момбаса сами.

Джуди — генеральный менеджер отеля Azul. Кстати 5 звезд! Джуди собрала человек 20, не все пришли к началу. Я начал и слышал, как входная дверь отодвигается-задвигается. Группа не такая разговорчивая, как хотелось. Плюс в этот раз забываю много английских слов. Я прекрасно знаю эти слова, но, когда пытаюсь сказать, в голове пустота.

После упражнений в повязках — ожидаемое оживление.

В конце обратной связи девушка говорит, что она заряжена, парень говорит о том, что он понял, что инвалиды могут что-то делать. Девушка говорит, что теперь она не боится работать с инвалидами.

Отельеры уходят, в конференц-зале остаются учителя Sahaganand Special School. Одна из учителей, которая работает с глухими, говорит, что эту программу обязательно нужно показывать детям с разными инвалидностями, чтобы они могли знать интереснейшие вещи про коллег. Один из незрячих учителей заценил объяснение психологической модели, почему каждая новая встреча человека с инвалидностью и человека без инвалидности – стресс для человека без инвалидности.

Ольга отвлекла меня – спросила, сколько официанту дать на чай. 2 доллара это много? Я сказал: «Реши сама, я пишу, а ты … меня отвлекаешь». Оба улыбнулись, только начал писать, Ольга снова просит перевести официанту про размен денег. Я ей опять…

Мысленно возвращаюсь к вчерашнему тренингу. Второй незрячий учитель, его имя я запомнил. Его зовут Маринг, кстати, он настоящий массой, это племя такое известное.

Так вот, Маринг начинает обратную связь по тренингу со слов, что он себя чувствует катастрофично в позитивном смысле. Потом делится тем, что его вдохновило и как продолжить эту программу в Момбаса.

На следующий день после тренинга в отеле ко мне подходят двое молодых людей, служителей, и по всей форме, с касанием руки, с представлением себя заговорили со мной.

Стенли, так зовут первого, попросил фото с тренинга и предложил Ольге учебник английского. Второй имя, его не запомнил, подошел, когда я стоял на нашем балкончике и просто узнал, как дела и пожелал хорошего дня. В день уезда с утра море скрылось от нас. Днем Ольга смогла искупаться — океан вернулся.

Дописываю утром в аэропорту Дубай, слева за столиком кто-то слушает арабскую музыку. Служащий проходит и зазывает Moscow. В Найроби в аэропорту все объявления начинались с «Jumbo, ladies and gentlemen!».

Jumbo на суахили – привет.

Кан днем довез нас на машине Mombasa Cement до аэропорта Момбаса, по дороге купил нам с Ольгой по самосе. Самоса — типа нашей самсы.

Попросил его не благодарить, чтобы он смог попасть в рай, говорю ему: «Ты уже в раю». В Момбаса есть такое понятие «Момбаса – раха». Любому в Момбаса произносишь эту фразу, и он переключается на такой “балдёж”. В переводе - «Момбаса – счастье» — это как стиль жизни.

Для тех, с кем общались и работали в Момбаса – раха не только стиль жизни, они работают так же. Но они остались там до новых свершений, а мы едем в Екатеринбург и из него вечером на поезде уже с Машей на конференцию по инклюзии в Казань.

Пользуясь случаем, благодарю Машу Москвину, нового сотрудника Белой трости, за редакцию и публикацию этих заметок. Благодарю Ольгу за двухнедельное непростое волонтерство и всех африканских друзей и коллег.

About the Author: